Олег Иркабаев: «Марийское кино только зарождается»

Вход на сайт

2016 год в России был Год российского кино. В честь этого целый год проводились кинофестивали, конкурсы, различные мероприятия и конференции. А мы специально по такому поводу встретились с режиссёром и театральным деятелем Олегом Иркабаевым, который рассказал о марийском кино.

Олег Геннадьевич всю свою жизнь посвятил театру, и, несомненно, достиг больших успехов. Художественный руководитель Марийского театра-центра для детей и молодёжи, заслуженный деятель искусств Республики Марий Эл и Российской Федерации. В 2016 году его наградили Медалью ордена «За заслуги перед Республикой Марий Эл».

IMG_0683-_0.jpg

«Делали свои билеты и продавали за несколько копеек»

- Олег Геннадьевич, первой ступенью к вашему успеху был Московский государственный институт культуры, который вы окончили в 1979 году. Скажите, пожалуйста, почему Вы поступили на режиссёрско-театральное отделение? Почему именно театр?

- Театр я полюбил будучи его преданным зрителем. Я очень любил смотреть спектакли, которые ставили наши самодеятельные артисты. Особенно мне помнится спектакль «Айвика» по пьесе Сергея Николаева, в котором Айвику играла молодая учительница, а роль Азамата исполнял директор школы. Она была такой талантливой, душевной. А доспехи и лук Азамата говорили о мужественности героя. Это был сильный дуэт. Между ними была настоящая любовь, глубокие душевные взаимоотношения. Я смотрел, не отрывая глаз, и боялся дышать. Это было детское потрясение, первое сильное впечатление от театра. И я захотел сам этим заниматься. Наш класс был творческим: все 8 лет, пока мы учились в школе, танцевали и ставили спектакли. И нам это очень нравилось. Я помню первые свои режиссёрские опыты: как я всех собирал на репетицию, искал реквизит, контролировал весь процесс. Я помню, как уговаривал бабушку отдать нам дедушкино ружьё, чтобы потом использовать его в спектакле. Я помню свои волнения. Это было удивительно. На наши спектакли собирался полный зал людей. И нас это воодушевляло. Позже мы начали выступать в других деревнях. Делали свои билеты и продавали за несколько копеек. Нередко получалось, что мы возвращались домой поздно ночью. Представьте! Луна на небе, а мы скачем на лошадях. Это было очень весело и задорно. С этого всё и началось.

Когда я уезжал после 10 класса в Йошкар-Олу, я не знал, куда я буду подавать документы: в Пединститут на факультет языка и литературы или в культпросветучилище, где было театральное отделение. Так получилось, что культпросветучилище раньше попалось мне на глаза. Далее, отучившись один год, я уехал служить в Москву. К концу службы я знал, что в Москве есть институт культуры, а при нём - подготовительное отделение. Будучи солдатом, я уже готовился к поступлению. Пройдя достаточно большой конкурс, на общих основаниях, поступил в Институт культуры. После окончания Института в 1979 году я вернулся в Йошкар-Олу и начал работать актёром театра имени Шкетана. Когда я ехал в Марий Эл, то уже знал, что буду поступать дальше в ГИТИС. Помнится, как на четвёртом курсе Института культуры главный режиссёр театра им. Шкетана Сара Степановна Кириллова, предложила мне учиться дальше на режиссёра. Я с удовольствием согласился. Но, к сожалению, не сразу удалось это сделать. Потом через четыре года только поступил в ГИТИС на факультет режиссуры и драмы.

«Главным увлечением и любовью остаётся режиссура»

- Факультет режиссуры вы выбрали неслучайно. Чем вас привлекла эта профессия?

- В детстве, когда мы ставили спектакли, я был организатором всего подготовительного процесса. И в моей голове уже сидела мысль, что это моё. Кроме того, мой отец был заведующим клуба, занимался театром. Видимо тогда и на меня смотрели как на человека, который в режиссуре что-то должен понимать. Главное - что это мне нравилось. При культпросветучилище было театральное отделение, где готовили режиссёров для любительских народных театров. Мы ставили первые этюды, потом отрывки. К концу первого курса мы поставили спектакль – я играл одну из главных ролей. Было много слов одобрения. Помню слова директора училища Татьяны Никоноровны Пакеевой, которая после нашего спектакля сказала, что из меня выйдет толк (смеётся – Авт.), конечно, это радовало. Я видел себя режиссёром, не было и мысли, что это не моё, что стоит подумать о другой профессии. Сам процесс режиссуры - это придумывание спектакля, сочинение спектакля – очень увлекательное занятие. И когда ты видишь какой-то результат, это вдохновляет. Когда приехал в театр имени Шкетана и четыре года работал актёром, продолжал заниматься режиссурой. Я был все четыре года режиссёром студенческого театра при университете. Больше того, к концу четвёртого года мне предложили постановку сказки в качестве режиссёра в театре. В ГИТИС поступал с багажом режиссёрским и актёрским. Меня сразу взяли на второй курс. Борис Гаврилович Голубовский – главный режиссёр театра Гоголя, художественный руководитель курса в ГИТИСе – был в комиссии. Он сразу же пригласил меня на второй курс. Хотя я играть очень любил, но главным увлечением и любовью остаётся режиссура.

«Съёмки в военно-полевых условиях»

- У вас есть такие режиссёрские работы, как фильм «Тургым», сериал «Чоныштем илет», а последней вашей работой является фильм «Над деревней пара лебедей» («Ял ӱмбалне мужыр йӱксӧ»). Расскажите, как шёл процесс съёмок фильма? Что показалось самым трудным?

IMG_0626-_0_0.jpg

- Самым трудным показались организационные моменты. Когда меня пригласили снимать фильм «Над деревней пара лебедей», я, конечно же, с удовольствием согласился. Новое дело требует адаптации, освоения. Даже если теоретически знаешь, как это всё делается, на практике требуется больше эрудированности. Если даже ты что-то придумал для себя ещё до съёмок, на площадке всё равно появляются новые идеи. Это требует очень большой концентрации, мобилизации. Всё надо делать быстро, напористо, в обстоятельствах, когда всё мешает спокойному процессу съёмок: погода, мимо проходящие люди, которым всё интересно, когда в неподходящий момент трактор проезжает, который не должен быть в кадре и вся съёмка насмарку. Сначала такие случаи приводили в отчаяние, потому что привык создавать, думать неспешно, в тишине. А на съёмочной площадке надо работать в военно-полевых условиях. Главное, надо сконцентрироваться, чтобы актёры не отвлекались на эти вещи и добиваться от них максимальной отдачи. Я думал: «Как можно творить в такой обстановке!? Но через некоторое время привык отстраняться, не обращать внимания на мелочи. И потом начал даже получать какое-то удовольствие от того, что это происходит на глазах у людей, сегодня, здесь и сейчас. Сам процесс создания фильма превращается в своеобразное увлекательное действие. В фильме можно всё подробно показать: глаза, руки, природу, параллельное действие, то, что помогает создать образ, атмосферу. У фильма возможности очень большие. Это совсем другое искусство. Там совсем другие выразительные средства, иной способ существования. Всё другое, хотя в центре внимания всё равно остаётся актёр и его талант, его умение мыслить, эмоционально проживать.

«Киноиндустрия как фабрика грёз»

- Как вы считаете, какое лицо носит современное марийское кино? Каковы её особенности и перспективы развития?

IMG_0727-_1_0.jpg

- Марийское кино находится в зародышевом состоянии. Хотя снят фильм «Тургым», сериал «Чоныштем илет» (13 серий) и ещё несколько фильмов. Но пока ещё рано говорить о существовании марийского кино как такового. Сейчас это больше похоже на кустарное, самодеятельное дело, пусть не звучит обидно. Каждый отдельный фильм снимается на энтузиазме. Конечно, в съёмке задействованы профессиональные актёры, режиссёры, но отсутствует система регулярного выпуска фильмов. Необязательно это должна быть мощная индустрия, как Голливуд, Мосфильм, пусть это будет небольшая студия, где есть система, база. Первое, что должно быть в киноиндустрии - это устойчивое финансирование. К сожалению, людей, которые регулярно вкладывались бы в съёмку фильма, нет. У нас происходит так, что группа людей сняла фильм, а после съёмок распалась. Какое-то время затишье. Далее может быть будут новые съёмки. В киноиндустрии создание одного фильма следует за другим. Кино предполагает какой-то процесс. Как Гончаров говорил: «Котёл должен кипеть». Если нет «кипящего котла», то нельзя говорить о полноценной киноиндустрии. Марийское кино только зарождается.

«Мечта»

- Фильм является частью ежедневной жизни человека. Его роль важна в сохранении марийского языка, ведь марийский язык будет звучать с экранов телевизора во всех уголках Марийского края. Иногда я мечтаю сделать студию при театре, где будет вся аппаратура, оборудование; где мы будем выпускать фильмы, телевизионные телеспектакли. Мечта манит, греет душу, мотивирует. Ведь это дело очень интересное. Только делая, чему-то учишься. Фильм может объединить всех тех, кто любит марийскую культуру, литературу, дойти до самого далёкого телезрителя. У кино безграничные возможности. Необходимо заниматься созданием фильмов. Они принесут плоды.

Интервьюер: Надежда Тимофеева.

Русский
АНО «ИНТЕЛЛЕКТУАЛ»
АНО «Культурно-информационный центр «ИНТЕЛЛЕКТУАЛ»
При использовании материалов сайта ссылка на «Этнокультурный интернет-журнал «Арслан» обязательна.
E-mail: mari-arslan@mail.ru. Тел. 8-917-703-66-24.